Какая судьба постигла колонистов Западного поселения? В хронике епископа Гисли Оддссона (под 1342 г.) утверждается, что «жители Гренландии по собственной воле отвратились от истинной христианской веры, ибо уже давно позабыли о праведности и добродетели, и примкнули к народу Америки (ad Americae populos se converterunt)». Однако первая часть этого утверждения (написанного по-ла-тыни примерно в 1637 г., но основанного, скорее всего, на более ранних свидетельствах) явно неверна: насколько известно, гренландцы всегда оставались христианами. Кроме того, остается неясным, что означает фраза «примкнули к народу Америки» и кого именно епископ называет «народом Америки»: скрэлингов Гренландии (т. е. народ, который также жил в Маркланде и Винланде) или скрэлингов, живущих в Америке? В любом случае, хотя до самого конца XV в. европейские христиане пребывали в твердом убеждении, что гренландские поселенцы отринули истинную веру, это предположение совершенно безосновательно. Возможно, что некоторые христиане из умирающей колонии действительно ушли жить к победителям-эскимосам и смешались с ними, но гораздо разумнее предположить, что все, кто мог, бежали на юг, чтобы найти пристанище у своих родичей и собратьев по вере в Восточном поселении. Оттуда некоторые обездоленные беглецы могли добраться до Исландии и Норвегии, чтобы поведать об ужасных событиях, случившихся в Гренландии. Но никто так и не пришел на помощь колонистам: снаряжать экспедиции в Гренландию было делом хлопотным и опасным и притом не сулившим никаких выгод. Европейские державы предпочли забыть о Гренландии, и она постепенно переходила в руки

11 Г. Джонс «Викинги»

321

скрэлингов. После 1350 г. в Гренландии осталось только одно скандинавское поселение — Восточное.

Оно просуществовало до начала XVI в. — единственная область в Гренландии, которую удерживали за собой представители белой расы, европейцы, христиане. Так называемое «Среднее поселение» возле современного Ивигтута исчезло около 1380 г.; исландские анналы сообщают, что в 1379 г. «скрэлинги напали на гренландцев, убили восемнадцать человек и увели с собой двух мальчиков, которых обратили в рабов». Время шло, скрэлинги продвигались на юг. С годами они обошли Восточное поселение, добрались до мыса Фарвель и оттуда перебрались на восточное побережье. Связь с Европой становилась все более эфемерной, торговые корабли приходили все реже. Норвегия установила государственную монополию на торговлю со своей отдаленной колонией, а затем наделила правом торговать с Гренландией город Берген. Но в XIII в. Берген уже полностью обеспечивал свои потребности в пушнине и коже за счет местных ресурсов, и торговцам не было никакой необходимости возить их из Гренландии. Кроме того, город, как и все королевство, куда больше тревожили собственные дела, чем беды далекой колонии. К концу XIII в. Норвегия окончательно утратила статус могущественной морской державы. Викингские корабли были уже вчерашним днем. В 1349 г. чума уничтожила около трети населения Норвегии, причем Берген пострадал больше других городов. Город словно преследовали напасти: в конце XIV в. его дважды спалили почти до основания каперы, а в 1428—1429 гг. дважды разграбил Бартоломей Воэт. Невосполнимый ущерб нанесли Бергену городские пожары 1322, 1413 и 1476 гг. И наконец, в XIV в. северонемецкая Ганза приложила немало усилий к тому, чтобы задушить городское купечество, а к началу XV в. ганзейские купцы захватили в свои руки почти всю норвежскую торговлю. В любом случае, независимо от того, кто из творцов европейской политики того времени остался в выигрыше, Гренландия должна была проиграть. И она проиграла.

В нашем распоряжении имеются только отрывочные и разрозненные сведения о жизни обреченной колонии. В 1355 г. король Магнус Смек, желая облегчить положение гренландцев, решил установить с Гренландией болееменее регулярное сообщение. Выделенный для этого корабль совершил несколько рейсов в Гренландию, однако в 1385 г. он затонул, и регулярное сообщение с островом вновь было прервано. В том же году Бьёрн Эйнарссон был заброшен бурей в Восточное поселение и прожил там два года. В 1406 г. группа исландцев попала в Гренландию и провела там четыре года. Они обнаружили, что в Восточном поселении по-прежнему живут скандинавы, оставшиеся убежденными христианами. В следующий раз о Гренландии упоминается в письме папы римского, помеченном 1448 г. (подлинность этого письма сомнительна, а его содержание довольно запутанно). В письме папы Александра VI, датированном 1492 г., упоминается о церкви в Гар-даре, и там же говорится о бедственном положении гренландцев, о постоянной угрозе голода, о мешающих судоходству льдах и, разумеется, о том, в чем европейские церковные деятели всегда (и при этом совершенно безосновательно) обвиняли гренландцев — в отступничестве от истинной веры. С 1377 г. ни один епископ не ступал на гренландский берег, но паства оказалась упорней своих пастырей, и поселенцы продолжали исповедовать христианство. В XV в. в Гренландии побывало несколько английских шкиперов — в большинстве своем из Бристоля, а также отважные Пининг и Поторс (около 1476 г.). Во второй половине XV в. одежда европейского образца и некоторые другие товары из Европы каким-то образом попали в поселение на мысе Херьольвснес, но при каких обстоятельствах — неизвестно. Вскоре Восточное поселение прекратило свое существование, и это все, что мы знаем.

Какая же судьба постигла скандинавских поселенцев в Гренландии? Одни исследователи полагают, что гренландские скандинавы вымерли, поскольку со временем стали физически (и, соответственно, умственно) неполноценны (в частности, некоторые пытаются доказать, что скелеты, найденные на мысе Херьольвснес, подтверждают теорию вырождения), но подобные утверждения по большей части необоснованны. Другие считают, что причиной гибели скандинавских поселений стала чума, но в нашем распоряжении нет очевидных свидетельств, доказывающих, что «черная смерть» свирепствовала в Гренландии. Может быть, они просто ушли из Гренландии — оставшиеся в живых люди Западного поселения около 1340 г., а жители Восточного поселения около 1500 г. — и переселились на смежные с островом побережья Канады?1 У нас нет тому никаких доказательств, и вообще подобное предприятие кажется невероятным. Быть может, их увезли в Англию рыбаки или пираты? Этому тоже нет подтверждений. Возможно, они, смешавшись с эскимосами, просто перестали существовать как самостоятельный народ, хотя в жилах их потомков еще текла скандинавская кровь и какое-то время они хранили остатки былой культуры? Несомненно, некоторые поселенцы вполне могли уйти жить к эскимосам, но нельзя объяснить таким способом исчезновение целых поселений. Быть может, победившие эскимосы вырезали скандинавов? Такие предположения высказывались и продолжают высказываться, но свидетельств подобного страшного конца не так много, как хотелось бы тем, кто поддерживает эту теорию. Не исключено, что они решили искать прибежища в Исландии и отважились пуститься в плавание в своих маленьких лодках, непригодных к странствиям по океану, и по пути все погибли в морской пучине, мужчины, женщины и дети? Такая гипотеза не требует никаких доказательств — и все-таки она остается не более чем гипотезой.

При современном уровне наших знаний об истории Гренландии — причем не похоже, что в этой области мы можем ожидать какого-то качественного скачка, — разумнее всего предположить, что гренландские колонии вымерли не по какой-то одной причине, а в силу целого комплекса обстоятельств. Главными из них были удаленность и изоляция Гренландии от Европы, безразличие скандинавских стран к судьбе гренландских колоний, упадок торговли, прекращение притока свежей крови в гренландские поселения, похолодание и — самое главное — расселение в Гренландии эскимосов. Причин более чем достаточно, и даже простое перечисление их звучит похоронным звоном над судьбами этого самого дальнего аванпоста норманнского, а впоследствии — средневекового европейского мира.